Схемы русского языка для предложения

Схемы русского языка для предложения

(калька лат. subjectum — субъект) — один из двух главных членов предложения, указывающий на объект, к которо­му относится сообщаемое; ядерный компонент состава подле­жа­ще­го (подле­жа­щее и зависимые от него согласованные и несогласованные определения). Подлежа­щее связано предикатив­ным отношением со сказуемым и может быть выделено в простом предложении, в главной и придаточ­ной частях сложного предложения, а в некоторых языках — и в предикативных конструкциях, образо­ван­ных неличными формами глагола. Позицию подле­жа­ще­го обычно занимают существительные в форме именительного падежа и их эквиваленты. В античных грамматиках, не различавших частей речи и членов предложения, в соответ­ству­ю­щем значении использовался термин «именительный падеж» (греч. ὀνομαστικὴ πτῶσις). Количественные слова образуют подле­жа­щее вместе с зависимыми от них существительными («Множество народа встречало героев»). Позицию подле­жа­ще­го могут зани­мать также инфинитивы и субстан­ти­ви­ро­ван­ные придаточные предложения («Идти трудно»; «То, что волки серы, всем известно») с иным синтаксическим статусом, чем у субстантивного подле­жа­ще­го. В отли­чие от сказуемого подле­жа­щее может в предложении отсут­ство­вать: при этом объект, к которо­му относится сообщаемое, определяется либо контекстом или ситуацией («Было скучно»; «Морозно»), либо выражается другим членом предложения, часто локативом («В комнате душно»). Подлежа­щее может иметь совместное выражение со сказуемым, ср. лат. Cogito, ergo sum (‘мыслю, следо­ва­тель­но, существую’), где указание на скрытое подле­жа­щее выражено личным окончанием глагола.

Вопрос о иерархической вершине предложения — подле­жа­щее или сказуемое — разрешался по-разно­му. Грамматисты, усвоившие идеи формальной логики, считали вершиной предло­же­ния подле­жа­щее, поскольку оно обозначает независимые сущности (предметы), а сказуемое выражает признаки, не имеющие отдельного от субстанции бытия. А. А. Шахматов видел в подле­жа­щем главный член господствующего состава предложения. А. М. Пешковский рассма­т­ри­вал подле­жа­щее как основной элемент подчинительного словосочетания. С. О. Карцевский, А. В. де Гроот и другие оценивали подле­жа­щее как абсолютное определяемое предложения. Вершина предло­же­ния устанавливалась путём устранения грамматически зависимых компо­нен­тов. Е. Курилович считал допустимым удаление только тех компонентов, отсутствие которых не отражается на функции целого. Поиск функцио­наль­но­го минимума предложения приводит к признанию вершиной (ядром) предложения сказуемого. Подле­жа­щее зачисляется в одну категорию с другими именными членами предложения, зависимыми от сказуемого (актантами), вместе с которыми оно образует падежную, или актантную, рамку глагола (Л. Теньер). Эта точка зрения, высказывавшаяся в конце 19 в. А. А. Дмитриевским, характерна в 20 в. для валентностного синтаксиса, восходящего к идеям Теньера, ряда направлений генеративной грамма­ти­ки, падежной грамматики Ч. Филмора и др. Отношения между глаголь­ным сказуемым и подле­жа­щим рассма­три­ва­лись как управление, при этом не отрицалось и наличие между ними согласо­ва­ния, имеющего обратную направленность, так как подле­жа­щее задаёт сказуемому значения согласо­ва­тель­ных категорий.

Между тем функции подле­жа­ще­го отличают его от других актантов; они относятся к разным аспек­там предложения: объективно-семантическому (функции агенса, субъекта восприятия, носителя признака, состояния и др.), субъективно-семантическому (протагониста, или центра, ситуации), комму­ни­ка­тив­но­му (данное, тема), логическому (субъект суждения), психо­ло­ги­че­ско­му (исходное представ­ле­ние). Пере­чис­лен­ные функции могут получать совместное или раздельное выражение. Для большин­ства индоевропейских языков характерна тенденция к синкретическому выражению этих функций в одном грамматически оформленном члене предложения — подле­жа­щем. Для подле­жа­ще­го типичны следующие черты: немаркированная (автономная) форма имени (для индоевропейских языков — имени­тель­ный падеж), согла­со­ван­ность со сказуемым, определённая синтакси­че­ская пози­ция, авто­ном­ность референции (её незави­си­мость от референции других именных членов предложения), опущение при после­ду­ю­щих сказуемых [«Я шёл и (я) думал»], соотне­сён­ность с возвратными место­име­ни­я­ми, презумпция существования обозначаемого подле­жа­щим объекта, в русском языке — способ­ность быть субъектом деепричастного оборота. Эти свойства в той или другой мере отличают подле­жа­щее от других актантов.

При определении подле­жа­ще­го обычно отмечаются его логико-коммуникативная функция, посколь­ку она ставит подле­жа­щее в предикативное отношение к сказуемому, и его формальные признаки. Наиболее полно указанные черты подле­жа­ще­го реализуются в семантике и синтаксисе простых предложений. В позицию подле­жа­ще­го могут продвигаться дополнения и обстоятельства (ср. правило образо­ва­ния пассива), однако такие подле­жа­щие утрачивают некоторые из его функций (прежде всего функцию агенса). Идея особого статуса подле­жа­ще­го среди других именных членов предложения разрабатывалась в так называемой реляционной грамматике (в основе которой лежат понятия синтаксических отношений и их преобра­зо­ва­ний) на материале разнотипных языков.

Оформленность связи подле­жа­ще­го и сказуемого во многих языках повлекла за собой образо­ва­ние стандартизованной структур­ной схемы предложения для выражения разного логического и семанти­че­ско­го содержания (языки номинативного строя). Подлежа­щее при этом является обяза­тель­ным строе­вым компонентом предложения. При отсутствии у подле­жа­ще­го семантической интерпретации его позиция замещается «пустым» местоимением (формальное, или фиктивное, подле­жа­щее), напри­мер англ. It rains, франц. Il pleut ‘Идёт дождь’. При употреблении предложения в связной речи его структур­ная схема нередко перестаёт соответ­ство­вать коммуникативной организации высказывания (см. Актуальное членение предло­же­ния) и функции подле­жа­ще­го передаются другим членам предло­же­ния. Для языков, допускающих разрыв формы и функции (напри­мер, русского языка), подле­жа­щее иденти­фи­ци­ру­ет­ся по формальным признакам и противо­по­став­ля­ет­ся теме, определяемой по коммуни­ка­тив­ной функции.

Подлежащее, по-видимому, не универсальная категория. Есть языки, в которых указанные выше функции выражаются разными грамматическими способами. В тагальском языке тема отмечается особым показателем, отличным от показателя протагониста обозначаемой ситуации (П. Шахтер). Необхо­ди­мость в понятии «подле­жа­щее» проблематична для языков эргативного строя (А. Е. Кибрик). Подлежа­щее — не обязательный член всех двусоставных (коммуникативно расчле­нён­ных) предложений одного языка. Оно отсутствует в предложениях типа рус. «В городе беспорядки», «У Марии грипп». Некоторые лингвисты допускают возмож­ность выражения подле­жа­ще­го не только именительным падежом, но и другими падежами имени, напри­мер при отрицании («Мальчика здесь не было»). Выделение подле­жа­ще­го на основе только функцио­наль­но­го критерия, не поддержанного граммати­че­ской формой, часто приводит к отказу от исполь­зо­ва­ния системы членов предложения в синтакси­че­ском анализе (Г. А. Золотова, М. Гиро-Вебер).

Дмитриевский А. А., Практические заметки о русском синтаксисе. Два ли главных члена в предложении?, «Филологические записки», 1877, в. 4; Шахматов А. А., Синтаксис русского языка, 2 изд., Л., 1941; Пешковский А. М., Русский синтаксис в научном освещении, 7 изд., М., 1956; Золотова Г. А., Очерк функционального синтаксиса русского языка, М., 1973; её же, К вопросу об объекте синтаксических исследований, Изв. АН СССР, сер. ЛиЯ, 1979, т. 38, № 1; Шмелёв Д. Н., Синтаксическая членимость высказывания в современном русском языке, М., 1976; Кибрик А. Е., Подлежащее и проблема универсальной модели языка, Изв. АН СССР, сер. ЛиЯ, 1979, т. 38, № 4; Никитина С. Е., Семантика термина «подлежащее» в отечественных и европейских словарях лингвистических терминов (к вопросу о тезаурусном способе описания терминологии), там же; Падучева Е. В., Успенский В. А., Подлежащее или сказуемое?, там же; Русская грамматика, т. 2, М., 1980; Новое в зарубежной лингвистике, в. 11, М., 1982; Храковский В. С., Концепция членов предложения в русском языкознании XIX в., в кн.: Грамматические концепции в языкознании XIX в., Л., 1985; Теньер Л.. Основы структурного синтаксиса, пер. с франц., М., 1988; Groot A. W de, Les oppositions dans les systèmes de la syntaxe et des cas, в кн.: Mélanges de linguistiques offerts à Ch. Bally, Gen., 1939; Karcevski S., Sur la parataxe et la syntaxe en Russe, «Cahiers F. de Saussure», 1948, № 7; Guiraud-Weber M., Les propositions sans nominatif en russe moderne, P., 1984; см. также литературу при статьях Члены предложения, Сказуемое, Субъект.

Н. Д. Арутюнова.


Схемы русского языка для предложения

Похожие записи:



Кошек своими руками из лука

Как составить схему предложения примеры

Боб прическа для девочек фото